Патриарх Болгарский Даниил поддержал позицию правительства Болгарии, выступившего против включения Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в новый, 21-й пакет санкций Европейского союза против России. Об этом сообщает БНТ News.

26 июня состоялось заседание Синода Болгарской Церкви, в котором принял участие премьер-министр страны Румен Радев. Ожидалось, что среди обсуждаемых вопросов будут и темы внешней политики. По итогам заседания Болгарская Патриархия опубликовала заявление Синода, в котором говорится, что вопрос о санкциях не относится к компетенции высшего органа управления Болгарской православной церкви. Священный Синод пришел к выводу, что не обладает полномочиями давать официальную оценку подобным решениям.

В то же время перед началом заседания Патриарх Даниил, отвечая на вопросы журналистов, положительно оценил инициативу болгарского правительства добиваться исключения Патриарха Кирилла из санкционного списка ЕС. «Это, безусловно, смелый поступок. Не думаю, что санкции против главы одной из поместных православных церквей способны достичь тех целей, на которые рассчитывают их инициаторы. Считаю такое решение правильным», — заявил Болгарский патриарх.

В тот же день премьер-министр Болгарии Румен Радев встретился с членами Священного синода. Он подтвердил, что тема возможных санкций в отношении Патриарха Кирилла обсуждалась, однако подчеркнул, что выступает против вовлечения Церкви в политические процессы.

«Я ясно заявил, что меня не интересует личность Патриарха Кирилла. Меня интересует уважение к религии всех православных христиан», — сказал глава правительства, — «Я не хочу, чтобы Церковь вмешивалась в политику, так же как не хочу, чтобы политика вмешивалась в религию». По словам Радева, санкции против духовного лица он считает необоснованными. 

Ранее, 17 июня, министр иностранных дел Болгарии Велислава Петрова заявила, что София блокирует часть предложений по новому пакету санкций ЕС, касающихся лично Патриарха Кирилла. По ее словам, Болгария поддерживает только те ограничительные меры, которые имеют реальный экономический эффект, тогда как санкции против религиозного деятеля носят исключительно символический характер и не способствуют достижению заявленных целей.